Первые на Луне

40 лет назад советский космический аппарат совершил мягкую посадку на поверхность естественного спутника Земли

В конце XIX столетия гениальный русский ученый К.Э.Циолковский написал научно-фантастическое сочинение «На Луне», изданное в 1893 году. Позже он говорил: «Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка. За ними шествует научный расчет.

И уже в конце концов исполнение венчает мысль». Луна - ближайшее к нам небесное тело. Константин Эдуардович понимал, что этот естественный спутник нашей планеты будет первым, куда человек устремит свой космический полет, а телескопы уступят свою главную роль космическим аппаратам.

Звездная болезнь

«Штурм» Луны начался вскоре после запуска первого искусственного спутника Земли. Усилиями многих научных коллективов под руководством выдающихся конструкторов С.Королева и Г.Бабакина были проведены комплексные исследования ракетно-космической техники и созданы лунные автоматы.

В феврале 1958 года Королев всерьез заговорил о полетах за пределы околоземного пространства. «Мы должны идти дальше, - настаивал Сергей Павлович. - Мы должны достичь Луны!»

Американцы не скрывали своего горячего желания послать ракету на Луну и тем самым несколько нивелировать тот эффект, который произвели на весь мир наш первый спутник, полет Лайки и гигантская летающая лаборатория весом 1 327 килограммов, запущенная 15 мая 1958 года, - третий советский спутник. Но все их попытки терпели неудачу. 17 августа 1958 года полет первой лунной ракеты, запущенной с мыса Канаверал, продолжался всего 77 секунд. 11 октября - вторая неудача, 7 ноября - третья, 6 декабря - опять провал, четвертый подряд.

Королев понимал, что пуск к Луне - дело очень непростое. Первое, что требовалось, - повысить скорость ракеты с 8 до 11 километров в секунду. Этого нельзя было сделать без третьей ступени, и Королев решил «нарастить» свою ракету. Незаменимым помощником ему стал С. Косберг, который к этому моменту занимал высокий пост руководителя одного из крупнейших в стране конструкторских бюро, специализировавшегося на авиационном двигателестроении.

В 1931 году Косберг пришел в Институт авиационного моторостроения имени П. Баранова, а в 1940-м уже стал руководителем крупного КБ. Должность главного конструктора он получил в тягчайшие дни войны, 17октября 1941 года. Косберг работал в тесном контакте с ведущими советскими конструкторами авиадвигателей А. Микулиным, А. Швецовым, В. Добрыниным.

Ничто, казалось, не предвещало смены его давно устоявшихся профессиональных интересов, пока в 1955 году Королев не вовлек его в свою работу. Под руководством Семена Ариевича была создана серия ЖРД для ракетной техники. Именно двигатели Косберга стояли на третьей, «межпланетной» ступени ракеты «Восток». Эти двигатели выводили на орбиту экипажи «Востоков», «Восходов», «Союзов» и обеспечивали запуски автоматических станций «Луна».

«Нарастив» ракету еще одной ступенью, Королев 2 января 1959 года осуществил старт «Луны-1». Началась качественно новая эпоха в изучении естественного спутника Земли. Это был первый аппарат, который преодолел силу земного тяготения и на второй космической скорости вырвался на космический простор. Пройдя на расстоянии 6 тыс. км от поверхности Луны, станция вышла из сферы действия Земли и стала первой искусственной планетой Солнечной системы, которая и по сей день вращается по своей околосолнечной орбите. «Луна-1» в Луну не попала.

Системы и методики коррекций космических аппаратов тогда еще только разрабатывались, и подправить отклонение «лунника» от траектории было нельзя. Достичь Луны можно - таков был главный итог новогоднего старта.

Всё выше и выше...

Прежде всего баллистикам надлежало проложить лунную трассу. Вся сложность заключалась в том, чтобы в тот момент, когда аппарат приблизится к Луне, сам спутник был виден с наблюдательных пунктов Советского Союза и, более того, находился как можно выше над горизонтом - в этом случае радиопомехи при связи с «лунником» минимальны. Кроме того, трасса должна была быть оптимальной энергетически - позволяла бы достичь цели при наименьших затратах топлива и максимальном весе «лунника».

Время запуска, направление полета и скорость аппарата необходимо было выдержать в строгих пределах. При отклонении времени старта на 10 секунд или если вектор скорости «уходил» от расчетного направления на одну угловую минуту, точка прилунения смещалась на 200 километров. А если скорость изменялась всего лишь на одну сотую процента, отклонение составляло уже 250 километров. Рассказывая о трудностях, стоявших перед проектировщиками, один из руководителей проекта сказал:

- Понимаете, надо попасть пулей в летящего воробья, стоя на платформе движущегося поезда...

Всех читателей сайта очень прошу делиться статьями сайта в соц.сетях. Заранее благодарю. Admin.

Эта запись опубликована в рубрике С. П. Королев с метками .

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *