Годен к полёту на Луну? Часть 1

У вас шейная кость связана с бедром … я слышу голос Аполлона

В 1968 году, всего за несколько месяцев до исторического полёта Аполлона-11 на Луну, Майкл Коллинз обнаружил, что с ним что-то серьёзно не в порядке: "Мои ноги, казалось, не функционировали должным образом. У меня появились и другие трудности: иногда, спускаясь по лестнице, левое колено выгибалось, и я почти падал".1
Потом нервные аномалии развились, распространяясь от левой ноги на весь бок. Неохотно, но Майк пошёл на консультацию к авиационному врачу НАСА. Он знал, что выйти из медицинского отделения он мог только с двумя статусами: "годен к полётам или отстранён он них".

Майк Коллинз

После консультации со специалистом-неврологом Майк Коллинз получил катастрофический диагноз, означавший окончание его карьеры — между пятым и шестым шейными позвонками у него растёт кость, которая упирается в спинной мозг.

Было решено, что 22 июля 1968 года в больнице Уилфорд-Холл в Сан-Антонио будет проведён переднешейный спондилодез.* Майк описывает эту чрезвычайно серьезную операцию в следующих словах: "Так сказать, разрезать горло, удалить шпору и некоторые прилегающие кости, а затем с помощью небольшого дюбеля или кости, взятой из моего бедра, сочленить два позвонка".

В ходе операции было обнаружено, что "межпозвоночный диск полностью отделился от позвонка, упал в позвоночный канал, спутал всё на моей миелограмме2 и испортил мне жизнь".

Проснувшись после операции, Майк Коллинз обнаружил "пластиковое кольцо вокруг моей шеи и подбородка, предотвращавшее любое движение, и, как и было обещано, чувствовалась тупая боль в том месте правого бедра, из которого был удалён круговой сегмент".

После выписки до конца октября 1968 года, пока ему не разрешили её снять, Майк был вынужден носить пластиковую шину вокруг шеи.

Это, конечно, исключило какие-либо серьёзные тренировки астронавта.

У Майка также были проблемы с ногой во время его июльского 1966 года полёта на Джемини-10. Он пишет: "У меня болит левое колено; пульсирующая боль, начавшаяся пару часов назад и постепенно усиливающаяся, и которая сейчас держится на стабильно умеренном, но очень некомфортном болевом уровне. Я думаю, что это азот выходит из раствора в тканях и создаёт маленькие пузырьки, которые давят на нервы".3

Майк испытывал подобную боль в барокамерах, возможно, ошибочно полагая, что "я, должно быть, более чувствителен, чем большинство". Оглядываясь назад, задаёшься вопросом, были ли эти симптомы предшественником событий, приведших к операции 1968 года.

В ноябре ему был предоставлен полный доступ к полётам на самолёте. В то же время он узнал, что "Большая часть повреждений спинного мозга, по-видимому, была постоянной, но моя координация движений, похоже, НЕМНОГО улучшилась, и если ощущение горячей-холодной воды (проверка чувствительности) на одной ноге всё ещё неудовлетворительное — ну и что с того? — с этим я могу легко жить".

Очевидно, что Майк смирился с необходимостью адаптации к снижению своей физической формы. Он заявляет, что "Требуется 125 дней, чтобы оправиться от переднешейного спондилодеза".4

Излишне говорить что для современного физически годного астронавта должно казалось удивительным, что строгие медицинские критерии НАСА позволяли только-что выздоровевшему рисковать в полёте с первой высадкой на Луну, особенно учитывая перегрузки, с которыми сталкиваются в процессе тренировок и во время самой миссии.

За шесть месяцев до запуска Аполлона-11 16 июля Майк объясняет, что "Центрифуга в Хьюстоне требовала нашего особого внимания, потому что, возвращаясь с Луны, мы могли испытать перегрузку в 10 и более g, вдавливая глаза, что является гораздо более суровым испытанием, чем ускорение при любом из орбитальных полётов вокруг Земли".

(Человеческое тело лучше переносит перегрузки перпендикулярные позвоночнику. Вообще, когда ускорение действует спереди на объект, по существу лежащий на спине, это в просторечии называется "вдавливание глаз". Следует напомнить, что позвоночник Майка был навсегда повреждён.)

14 апреля 1969, примерно через пять с половиной месяцев после снятия ортопедического воротника, Майк, ориентируясь на свои сделанные в тот день заметки, рассказывает: "День начался в Хьюстоне на центрифуге, что никогда не бывает приятным, но особенно плохо, когда имитируется возвращение с Луны. При 10 g грудь вдавливается и зрение сужается, и когда я наконец неверной походкой выхожу из камеры пыток, я не осмеливаюсь повернуть голову влево или вправо, чтобы не навернуться и к своему позору не упасть".

Всех читателей сайта очень прошу делиться статьями сайта в соц.сетях. Заранее благодарю. Admin.

Эта запись опубликована в рубрике Американцы на Луне с метками .

2 комментария на «Годен к полёту на Луну? Часть 1»

  1. Junior говорит:

    В СССР был очень жесткий контроль за здоровьем будущих космонавтов. Не сомневаюсь, что такой же контроль был и у США.
    И действительно, на первых порах так оно в США и было. Но тут Кеннеди влез со своей речью, что мол мы перегоним Советы. Очень он надеялся на Брауна и на его ракету. Но ракета “не пошла”. А слово уже произнесено. Вот и решились на аферу, причем для аферы отбирались только преданные НАСА люди. Тут уж не до болячек. А чем они рисковали? Ведь ракета упадет в океан, недалеко от старта и никаких переживаний, относительно здоровья астронахтов.

    • Суворов говорит:

      да!- эта многогранность аферы – все дополняется пестрыми лоскутками их полнейшей несостоятельности в тот период. Этот материал – один из лоскутков общей картины.
      (не могу представить исключительность почти инвалида, которому ну никак не нашлась замена (во всем США) в таком ответственном и опасном во всех отношениях мероприятии проходящем в самой наиопаснейшей среде для всего живого)

      и- здоровье – явно не та благодетель, которая была необходима для “покорителей”, и в цене были явно другие!!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *